00:26 

Schuldig16
2011 год.
Жанр: драма.

Что-то было не так, стаяло не на своем месте, было не того цвета, не таким на ощупь. Кажется, эта картина, нет, стекло, на нем пятно, или нет, что-то другое, но что?! Раздражение Си-Тиана росло с каждым часом, но найти его причину никак не удавалось. Вернее, не так, причина была одна – Харон. Это он виноват в том, что Хранитель будущего мечется по пустому залу, как дикий зверь, прищемивший хвост, и готов бросится на любого. Он виноват, что небо перестало казаться идеально черным, а окна – абсолютно прозрачными. Он виноват в том, что можно спокойно летать из Будущего в Прошлое, что Врата стоят приоткрытыми уже который день, а Оберон вызывает жгучее желание врезать ему же по морде. Это Харон виноват в том, что он умер. Дьявол!
Стукнув со всей силы по стене, Си-Тиан сполз на пол. Трещины, юркими змейками разбежавшиеся от места удара, тут же начали исчезать, сверхпрочный самовосстанавливающийся материал, недавно появившаяся игрушка, был очень кстати, иначе от здания давно бы ничего не осталось. Потирая кровоточащие пальцы, Страж невесело хмыкнул: жаль, его живые клетки не умеют так быстро регенерировать.
В дверь осторожно заглянул Оберон и едва успел увернуться от большого осколка стекла.
- Пошел вон, мразь, не звал!
Брюнет мигом скрылся, а Хранитель сжал виски, что-то проворчав. В глубине души он понимал, что у Врат не было иного выбора, что Харон сам виноват, что ввязался в смертельную авантюру, что его помощник не сам выбирал себе тело и уж тем более не собирался становиться копией древнегреческих атлетов, воплощением идеала Харона, что Эгеон решился запереться от всех не от хорошей жизни, что он сам раздражается только потому, что…
- Мать вашу, как все бесит!!
Шатаясь, Си-Тиан устало поднялся и медленно побрел к выходу. Выглянувший из укрытия Оберон печально покачал головой, а Мику испуганно вскрикнула, но была тут же утащена парнем внутрь.
- Что же с ним стало… Оберон, и давно он такой?
- С того дня.
- Никаких улучшений?
- Нет, сама знаешь, упрям, как сатана, никогда не признается, что переживает, только изнутри себя съест.
- Господи, что же делать?..
- А ты-то чего переживаешь? Забыла, что он твою любовь ненаглядную проглотил, а тебя чуть не…
- Конечно, не забыла! Просто… В нем ведь теперь живет душа Криса…
Девушка закрыла глаза, та ночь в очередной раз пронеслась в воспоминаниях. Она вновь услышала стук рамы и увидела темный силуэт с огромными крыльями на фоне желтого света фонаря, вновь испуганно вскрикнула, не в силах оторвать взгляда от огненных глаз с вращающимися шестеренками, вновь увидела врывающегося в комнату запыхавшегося Криса и услышала:
- Не смей прикасаться к ней, ублюдок!
- А то что, умрешь сам за любимую?
- Да, крылатый урод! Если ты не испытал любви, это не значит, что ее не могут испытать другие!
А затем только отрывки: хищно прищуренные горящие глаза, бешенное вращение шестеренок, шелест металла, рывок Криса, его болезненный вскрик, потускневшие голубые глаза и шепот:
- Никогда не говори о том, чего не знаешь, щенок.
Стоя на подоконнике, Си-Тиан обернулся. Девушка сидела возле его бывшего тела, истерично прижимая его голову к себе, и тихо всхлипывала. Когда-то Харон говорил ему, что чем громче плачет человек, тем сильнее он жалеет себя, а не мертвого. Видать, и впрямь какие-то чувства были между этими двумя.
На секунду подняв голову, Мику удивленно округлила глаза: ей показалось, или в рубиновых глазах промелькнуло сожаление?..

Отогнав непрошенные воспоминания, девушка сильнее сжала в кулаке крестик Криса, который теперь постоянно болтался у нее на запястье.
- Знаешь, - прервал молчание Оберон. – Я все же сильно переживаю за Си-Тиана. Не заметила ничего странного, когда он проходил?
Та отрицательно помотала головой.
- Он прихрамывает, а при движении рукой отчетливо слышны скрипы.
- И?
- Си-Тиан всегда ревностно ухаживал за своим телом, ведь там больше половины занимают механизмы, а сейчас забросил. Скоро он проржавеет насквозь.
- Но тогда Крис?..
- Да, она исчезнет вместе с ним.

И вновь он в этом мире, заросшем паутиной и покрытым вековой пылью. Ну хоть бы раз прибрался, грязнуля. Хранитель Будущего с удовольствием чихнул и осторожно сложил крылья. Напряжение внутри лишь усилилось. Мир прошлого словно опустел. Бродя по засохшему парку, Си-Тиан невольно подмечал малейшие признаки разложения: трещинки, потемнения, отколовшаяся кора и ржавчина на подлокотниках скамеек. Подойдя к статуе задумчивого юноши, парень с грустью увидал потертую краску и влажные полосы на ее щеках, будто от слез. Помотав головой и обозвав себя кретином, Страж медленно побрел дальше. Прошлое без хозяина казалось ему ужасно неправильным, все время чудилось, что Харон сейчас выскочит из-за дерева, постамента, спрыгнет вниз и ли нападет сзади с любимым нацистским кинжалом времен Второй мировой, обзовет его «гребанным куском железа», и они вновь начнут бессмысленную, но увлекательную битву, в которой нет победителя или проигравшего. А потом на прощание, Харон потреплет его по волосам, пробурчав про жуткий цвет, и тепло улыбнется перед тем, как Эгеон, страдальчески качая головой, куда-то унесет его. пальцы слегка задрожали, и Си-Тиан поспешно сжал кулаки. О Фобос, ведь это было еще так недавно… По человеческим меркам века 3 назад, но они всегда были вне времени.
Опершись о дерево, что бы не упасть, Си-Тиан несколько раз моргнул, убирая влагу с глаз, и пошевелил правым крылом. Скрипит, давненько он их не проверял, но настроения нет. Без Харона его перестало что-либо интересовать, пусть даже он и не признается в этом. Глубокий вздох и можно идти дальше. Ноги вновь привели его к статуе. Когда-то он сравнил ее с символом Прошлого, сейчас он сказал бы, что она – памятник Харону. Внутри все сильнее сжимается сердце, грозясь вырваться в очередную безобразную истерику, но пока еще возможно держать себя в руках. Си-Тиан ласково касается протянутой руки каменного юноши, на секунду чудится, будто он ласково улыбается в ответ, а издалека доносятся звуки органа. Какой бред, на органе умел играть только Харон и то не очень любил, хотя Си-Тиан всегда сравнивал его с тягучими, важными звуками инструмента. Но блондин лишь смеялся от этого сравнения, предпочитая скрипку, а точнее тонкие, меланхоличные переливы «Дьявольской трели», совсем как эти… Что?!
Резко взмахнув крыльями, Страж мгновенно очутился возле небольшого католического храма. Мелодия стала громче, внутри явно кто-то играл. Сердце замерло и застучало в несколько раз сильнее, когда парень коснулся латунной ручки. Сбивчивое дыхание шумит в ушах, заглушая колдовскую музыку, из глубин памяти выплывает насмешливый голос: «Вот уж не думал, что «Дьявольская трель» и впрямь способна призвать дьявола», а сердце напоминает туго-туго натянутую струну – одно неверное движение – и порвется.
Распахнув дверь, Хранитель бегло осмотрел зал. Везде полутьма, прячущая пустые скамьи и белоснежные статуи, на возвышении в глубине, окруженный зажженными свечами стоит худощавый блондин с белом хитоне и, закрыв глаза, играет на скрипке. Си-Тиан мигом оказался возле него, крепко сжимая в объятиях.
- Харон!
Блондин недоуменно поднял глаза, блеснувшие расплавленным золотом, и техническому ангелу показалось, что он сейчас упадет от облегчения. Но музыкант чуть повернул голову и наваждение растаяло.
- Юшин?! Какого дьявола?!
Парень смущенно опустил скрипку и почесал затылок.
- Ну, ты ведь знаешь про Харона, из-за восстания Врата его уничтожили и предложили мне стать новым Стражем Прошлого, как тому, в ком Харон жил последнее время. И я согласился.
- Но почему тут…
- Тебя видно ввели в заблуждение белые волосы, длинная рубашка и телосложение, к тому же свет такой зыбкий…
- А откуда ты знаешь «Дьявольскую трель»?..
- Это же известное произведение Тартини, я его в музыкальной школе на экзамене исполнял. А что такое-то?
- Ничего… Можешь сыграть еще раз?..
Пожав плечами, Юшин заиграл с прерванного места. Сидя спиной к парню, Си-Тиан думал о том, что это играет Харон и что в любой момент он может прекратить это и напасть, а потому надо быть начеку. Мелодия мягко укутывала его, словно обнимая, в голове вертелись отрывки из встреч его и Харона, взаимные упреки, оскорбления и подколки, обиды, угрозы и ссоры, и в итоге ненависть и вражда. Последние их встречи начинались и заканчивались одинаково: сражением. А ведь, если подумать, он так и не сказал Харону, что тот, какой бы скотиной не был, все же дорог ему…
Музыка внезапно замолкла, на красные взъерошенные волосы опустилась теплая ладонь.
- Он любил тебя, Си-Тиан, сильно любил, хоть и не признался.
- Откуда ты знаешь?
- Харон часто рассказывал о тебе, о вашем детстве и встречах. Появляясь после драк, он постоянно со смехом вспоминал подробности, а потом грустил, потому что ты его ненавидишь…
- Неправда!
Си-Тиан стремительно развернулся, со всей силы вцепившись в воротник рубашки, и глухо прошептал:
- Я никогда его не ненавидел, просто он перешел все границы… нельзя безнаказанно восставать против Врат…
- Неужели так и не понял?..
- Да все я понял, заткнись уже…
Теплые руки обняли Стража Будущего и крепче прижали. Слыша успокаивающее биение чужого сердца, тот впервые за все время расплакался, тихо-тихо, почти не дыша. Наконец-то он полностью осознал, что Харона не вернуть. Его брат мертв, исчез, убит Вратами за свою же провинность, а ему все напоминает о нем, начиная от пыли в углу и заканчивая звуками скрипки. Оберон вызывает жгучую ненависть, Эгеон заперся в своем жалком мирке, где, по слухам, злоупотребляет контрабандным спиртным, а глядя на Мику, вообще повеситься охота, столько жалости и сочувствия в ее огромных глазах. Все смотрят и жалеют, делают вид, что понимают, хотя все нагло лгут! Никто не может понять одного: Харон был частью прошлого, часть его, Си-Тиана, был его братом. Мир без блондина совершенно изменился и стал не нужен, абсолютно все потеряло смысл. Из-за этого и Крис пострадал, решил невовремя сочувствие проявить, а Си-Тиан не сдержался вовремя. Оберон как узнал, чуть с крыши не рухнул, а его, Хранителя, истерический смех пробирает, трясет всего. Что потом было – не помнит, только очнулся в кровати, рядом Мику сидит, волосы перебирает, да смотрит жалостливо. Чуть тоже не пострадала, хорошо хоть сдержаться успел, улетел подальше.
Всхлипнув в последний раз, Си-Тиан быстро вытер глаза и резко встал. Непонимающий Юшин подозрительно глянул на него.
- Ты что-то задумал.
- Да ничего особенного…
- Не ври, по глазам вижу, блестят решительно и смотришь в одну точку.
- Не твое дело.
- Только глупостей не делай, ладно?
- Не твое дело, не учи старших, щенок!
Юшин неожиданно тепло улыбнулся и, встав, потрепал Стража по волосам.
- Удачи.
Тот оскалился и решительно взмахнул крыльями. Надо было навестить сперва одного человека.

Эгеон сделал глоток из очередной бутылки и закашлялся, пить лежа оказалось довольно сложно, а сидеть не получалось уже. Вошедший Си-Тиан поморщился и крепко матюкнулся, едва не упав на осколки.
- Эй, вставай, пьянчуга.
Тот недовольно сфокусировал взгляд на примерном месте нахождения гостя.
- Чего надо?
- Дело есть, нужна помощь.
- Пошел в жопу, ты мне не указ…
Вздохнув, Си-Тиан брезгливо схватил Эгеона за шкирку и тряханул.
- Слушай, мне нужна помощь.
Страж Прошлого медленно замахал руками, видимо пытаясь отбиться.
- Сказал, в жопу, не указ…
Покачав головой и преодолевая желание долбануть Эгеона головой о стену, Си-Тиан быстро выкинул все найденные запасы спиртного, запер дверь и перенесся с хозяином жилища на несколько часов вперед.
Лежа на диване, Эгеон жалобно стонал, призывая то помощь богов, то быструю смерть, а Хранитель Будущего рассматривал всевозможные механические устройства, в изобилии раскинутые по дому. Часы с прозрачным циферблатом особенно заинтересовали его, почти заворожили плавным ходом, пока пролетевшая бутылка не разбилась возле его головы.
- Вот гадство, не попал.
Си-Тиан быстро подскочил к умирающему.
- Собака, ты чего творишь?
Тот криво усмехнулся.
- Раз за помощью пришел, значит сдохнуть хочешь, помочь пытаюсь.
- Кретин!
Хранитель Прошлого жалобно закатил глаза, всем своим видом показывая нечеловеческие муки, и Си-Тиан брезгливо отпустил его.
- Знаешь, не тебе одному Харон был дорог… Он был мои воспитателем, я тоже тоскую без него, но руки накладывать не собираюсь.
- Ты тоже не понимаешь… Харон и я – братья, мы связаны навеки, без него меня нет и не может быть!
- Я был создан из части Харона, так же как Оберон – часть тебя. Я имею право на Харона не менее твоего!
Красноволосый парень вздохнул и отвернулся. Эгеон с удивлением заметил слезу в обычно холодных глазах.
- Вы были созданы, как наша замена, а мы с ним равны. Знаешь, близнецы навеки связаны невидимыми нитями, умирает один – умрет и второй? У нас с Хароном тоже самое…
Хозяин стимпанка недоверчиво отвернулся, про себя признавая правоты собеседника. Хоть он и считал себя воспитанником и наследником Харона, Си-Тиан понимал его хозяина по одному движению глаз. Часто, наблюдая за их битвами, Эгеон ловил себя на ревнивой мысли, что они не дерутся, а танцуют, общаются друг с другом таким странным способом. Может поэтому он и настаивал на своем отделении, что бы не чувствовать себя уязвленным этим технически совершенным существом?
Парень со вздохом поднялся, потирая поясницу.
- Чего хотел-то?
- Можешь перенести меня в прошлое?
- Насколько далеко?
- Пара лет.
- А зачем?
- Надо кое-что исправить…

- Хей, Харон, что это ты приуныл, неужто игрушка тяжелая попалась?
- На себя посмотри, Си-Тиан, выглядишь хуже жалкой клячи бедняка средневековья.
- Заткнись!
Прячась за углом и слушая до боли родной голос, Си-Тиан закусил губу. Он бы сейчас многое отдал, что бы обнять брата и сказать это лично, но чудес не бывает, ему ль не знать?
- Можешь отвлечь их как-нибудь?
- Например? Выбежать и станцевать стриптиз? Хватит уже ерунду городить, Си-Тиан.
= Ну никакой помощи.
Осторожно расправив крылья, Хранитель Будущего скривился от боли: перестав ухаживать за телом, он подписал сам себе смертный приговор – ржавые детали стали рассадниками вирусов, которые, проникнув в живые и компьютеризированные ткани, стали вполне живыми и весьма деятельными. Времени у него оставалось не так уж и много. Резко взмахнув, Си-Тиан криво поднялся в воздух, сделав пробный низкий круг. Сидящий на обломке камня Эгеон брезгливо фыркнул.
- Жалкое зрелище, курицы и то более способны.
Запыхавшийся технический ангел приземлился возле него.
- Я почти насквозь проржавел, скоро сдохну к Деймосу.
- Все-то делать приходится самому… Давай сюда записку, передам, а ты вали к себе, нечего помирать в моем мире.
Выхватив сложенный кусок бумаги, Эгеон взвился вверх, а Си-Тиан, хромая, отправился в Будущее. Лежа на широкой кровати, укрытый до подбородка одеялом, окруженный чашками с бульоном и машинным маслом, он молча слушал нарочито веселое щебетание Мику, отлично видя в ее глазах свой смертный приговор.
- Скажи, а чего ты со мной возишься?
Девушка запнулась на полуслове и опустила глаза.
- Ты похож на Криса и в тебе живет его душа. Я бы хотела, что бы она узнала перед смертью…
- Что ты его тоже любишь? Балда, она ничего не узнает, слишком глубоко заперта. А тебя всю жизнь будет грызть совесть, что не призналась!
Тихие рыдания Мику перебил стук в дверь. в комнату ворвался растрепанный Эгеон, размахивающий клочком бумаги.
- Фух, и охота же жить на такой верхотуре! Держи!
Дрожащими пальцами Си-Тиан развернул послание и смущенно улыбнулся: «Уж не знаю, что на тебя нашло, Си-Тиан, но помни: я всегда буду рядом с тобой, ведь ты мой любимый братишка».
Сжав бумажку в кулаке, умирающий Страж с трудом повернул голову.
- Эй, девчонка…
- Да?
- Я сейчас выпущу душу Криса, можешь признаться ему лично… Но это всего на пару минут, я уже скоро окочуручь…
- Си-Тиан, с чего такая щедрость?
= Мне все же надо загладить свою вину перед ней, Эгеон, авось и в рай примут за доброе дело…
Мику в волнении сжимала руку Хранителя, не моргая вглядываясь в его глаза. Тускло-красные, словно линялые, они медленно стали привычно голубыми, будто сквозь кровь выглянуло летнее небо.
- Крис! Ты?
- Мику?..
- Крис, у нас мало времени, послушай! Да, я тоже люблю тебя!
Лицо парня озарилось счастливой улыбкой.
- Мику… правда?..
- Конечно, клянусь!
- Я так рад… любимая… Мику…
Парень с трудом закрыл глаза, а когда от крыл их, они вновь стали красными.
- Ну как, попрощались?..
Девушка кивнула, с трудом сдерживая слезы.
- Отлично, а теперь мне пора… Записка под подушкой…
Едва слышно вздохнув, Си-Тиан откинул голову на подушку. Подбежавший Оберон пощупал пульс и устало опустил голову.
- Умер.
- Он что-то говорил о записке.
Эгеон быстро вытащил бумажку и развернул ее: «И снова я с вами, дорогие, соскучились? Я тоже не особо. Короче, я тут подумал, подумал и решил, что Харон олицетворял прошлое, я будущее, мы посвятили этому делу наши жизни и будет крайне глупо позволить кому-то нас заменить. Через несколько минут сработают заложенные мной бомбы, они разнесут Прошлое, Настоящее и Будущее на кусочки, и вас заодно. Так что всем пока, до встречи в аду. Целую. Си-Тиан.»

Сидя на белоснежном облаке, Си-Тиан расслаблено болтал ногами, а Харон расчесывал его крылья.
- Как думаешь, они оценили мою шутку, Харон?
- Понятия не имею, но бегали знатно.
- Признай, я отличный юморист.
- Балбес ты, а не юморист, сиди смирно.
- А куда делся тот парнишка?
- Крис-то? Переродился в котенка, его Мику по дороге домой подобрала, теперь будут вместе жить.
- Интересно, а он будет ревновать ее ко всяким мужикам?
- Вот уж не знаю…
- Я вот тебя буду, ты тут мне ни с кем не изменял?
- Смотря, что понимать под этим словом…
- Харон! Мерзавец!
- Эй, спокойно, мы всего лишь сыграли в шахматы!..

@темы: C-Tian, Charon, Chris Wanjima Weiss, Miku (Eva Kulikova), Necros, Yushin Schonjann

   

Мертвая Романтика

главная