Schuldig16
2015 год.
Жанр: намек на яой, трагедия.

Этот мир не похож на его мир. Заброшенный, серый, пыльный, безжизненный, словно выброшенная за ненадобностью игрушка, он всегда казался Си-Тиану каким-то призрачным, существующим на грани реальности. Было странное ощущение, что все эти дома, улицы, призраки, временами бесшумно проплывающие возле дорогих им мест, черные обгорелые деревья, небрежные груды камней, бывшие много лет назад красивыми зданиями, населенными счастливыми влюбленными, или же бывшие убогими лачугами, безмолвными свидетелями последнего вздоха нищих старух и спившихся бродяг, - все эти места в одно мгновение просто исчезнут, распадутся на атомы и растворятся в воздухе, оставив после себя лишь пустоту. Город, уже уничтожающий самого себя, нелепая ошибка, не нужная никому, кроме его Хранителя. Как только можно любить подобное место?
Си-Тиан в очередной раз огляделся, невольно вздрогнув. Конечно и его мир неидеален: стальной, жестокий, рожденный уже мертвым, наполненный мрачными пророчествами о техногенной катастрофе, вымирании почти всего живого, изобретении страшнейших вирусов, которые впоследствии уничтожат большинство людей, многочисленных сект, поклоняющихся чуть ли не чайнику, мир, ставший настолько удобным в бытовом плане, что люди превратились даже не в муравьев, в хомячков, способных только есть, спать и размножаться, в котором больше не живут изобретатели и дерзкие мечтатели, создавшие когда-то крылья, только потому, что больше изобретать нечего, да и слишком хлопотно. Но мир будущего хотя бы более реален, чем прошлое, в любую секунду угрожающее исчезнуть.
Длинный рукав Стража будущего задел чудом уцелевшую статую, собрав приличный слой пыли. Парень, отряхнув ткань, поморщился. Понаставили тут ерунды всякой, пройти с трудом можно, странные все же люди жили, совсем нерациональные. Но скульптура все же заинтересовала Си-Тиана, он невольно залюбовался высоким миловидным юношей, с грустным видом смотрящим вдаль, будто оглядывающимся на все прошлое. Воистину, это настоящий памятник этому миру, может с собой его забрать, тогда он хотя бы не исчезнет.
Внезапно гнетущая тишина прервалась тонким, жалобным звуком скрипки. Невидимые ноты плавно скользили по прозрачной дымке воздуха, окутывая город грустным напевом, проникая во все переулки и тупики, завораживая слушателя. «Словно каменный парень обрел голос и теперь рассказывает мне об этом мире» - пронеслось в голове Хранителя, сердца которого невольно сжалось от тоски. Прислушиваясь, он прошел в стоящий неподалеку католический храм с высоким шпилем и разноцветным витражом над входом.
Внутри царила теплая полутьма, прячущая пустые ряды деревянных скамеек и статуи в углах. В конце вытянутого зала на небольшом возвышении горели несколько тусклых свечей, практически не дающих света. Возле них, закрыв глаза и полностью погружаясь в музыку, стоял Харон. Белая длинная кофта в зыбком освещении отливала желтовато-золотистым светом, растрепанные снежные волосы мягкими прядями падали на его лицо, легкие кожаные крылья слегка шевелились в такт, а хрупкие запястья плавно двигались, то ускоряясь, то почти замирая, будто прислушиваясь к неслышным рассказам его мира и переводя их на язык музыки.
Си-Тиан с удивлением разглядывал врага. Спокойный, даже безмятежный, он выглядел настоящим хозяином прошлого, величественным и вдохновенным создателем, познавшим мир и покой в отрешении от всего сущего, на мгновение даже показалось, что Харон – и есть та статуя, только почти живая, а его инструмент… В мире будущего музыка, конечно, есть, но она очень громкая, грубая, тяжелая, выплеск отчаянных эмоций, адская смесь индустриальных шумов, гитар, барабанов и синтезаторов, до неузнаваемости переделанных в специальных программах. Ее задача – отвлечь, «вбить» нужный ритм в мозг, заставить тело нервно извивается в диком танце, после которого не остается ни мыслей, ни сил. А сейчас хотелось просто сесть, слушать эти чудные звуки и позволить воображению нарисовать свою картину, временами поглядывая на слегка покрасневшего исполнителя.
Но стоило красноволосому Стражу сделать шаг, как блондин открыл глаза и усмехнулся, опустив скрипку.
- Вот уж не думал, что «Дьявольская трель» и впрямь способна вызвать дьявола из будущего.
Желтые глаза внимательно изучали смущенного гостя, впрочем быстро пришедшего в себя.
- Я тут не из-за твоего пиликанья, Харон. Просто в гости прилетел, может хоть присесть предложишь?
Хранитель прошлого равнодушно пожал плечом и устало поднял голову, разминая плечи.
- Великий Си-Тиан посетил нас, какая честь. Прилетел полюбоваться на место, из которого, можно сказать, все и пошло, откуда появился и его мир. Нравится тебе тут, ангел технологий?
Тонкий, короткий проводок с острым наконечником тут же вонзился в левое крыло Харона.
- Не смей ехидничать, пережиток прошлого! Думаешь, я этого не помню? Твой мир полностью состоит из тех времен, что когда-то были моими, это я породил тебя, помни!
Голос красноволосого Стража холодил не хуже айсберга. Харон молча вынул импровизированный дротик и шевельнул крылом. Тонкая струйка крови быстро потекла вниз, слегка отливая металлом на свету, и несколько капель упали на пол, мгновенно превращаясь в дым. Си-Тиан сел на первый ряд скамеек, пристально глядя на врага.
- Зачем ты открыл Врата, Харон? Зачем хотел увидеть меня?
Блондин, не отвечая, вновь заиграл. На этот раз мелодия была более плавной, тягучей, поднимающейся вверх и замирающий на самой тонкой ноте, словно прерванный предсмертный крик. Си-Тиан на мгновение закрыл глаза. Ему живо представилась вся жизнь этого мира, все отчаяние, боль, одиночество, бессильную ярость от невозможности все исправить, позорную роль стороннего наблюдателя. Он, Хранитель будущего, всегда мог что-то подправить, достаточно лишь заставить свое тело в настоящем сделать что-либо, его мир, хоть и был лишь прототипом, был эпохой новых возможностей, успеха, символом всего нового, прошлое же было лишь досадным заблуждением, о котором все стараются забыть. На какой-то миг Си-Тиану стало даже жаль его, а Харон спокойно стоял в дрожащем пятне света, стройный, худой, бледный, настоящий призрак, и играл для себя, доказывая, что еще жив, вернее существует.
Но эти секунды пронеслись очень быстро, и парень разозлился сам на себя. Да что с ним такое, это всего лишь дурацкая мелодия. Тихий механический шорох прервал выступление, и Си-Тиан подлетел к скрипачу, опрокинул его на пол и сел сверху, с силой сдавив одной рукой его горло. Из запястий механического стража тут же вылезли тонкие полупрозрачные проводки, опутав несопротивляющуюся жертву. Харон удивленно округлил глаза, пытаясь оттолкнуть парня, но тот лишь сильнее надавил на шею, с садистской радостью чувствуя под пальцами бешено бьющийся пульс и судорожно сжимающиеся мышцы. Блондин захрипел, пытаясь вдохнуть, в глазах отражались вполне человеческие страх и жажда жизни, придавленные крылья трепетали как у пойманной птицы, и Си-Тиан слегка ослабил хватку, но не убрал руки полностью, наслаждаясь своей силой и властью.
Неожиданно послышался смех, сперва тихий, немного шипящий, как у змеи, он становился все громче и безумнее. Подхватываемый эхом, умноженный в несколько раз, он снова и снова возвращался к красноволосому парню, дико раздражая его. Он вновь надавил на шеею захлебывающемуся смехом Харону, и тот закашлял. На некоторое время воцарилось молчание, нарушаемое тяжелым дыханием, затем Хранитель прошлого зашептал:
- А ты совсем не изменился, Си-Тиан, постоянно все силой решаешь, нет бы поговорил со мной сперва. Ты вечно пытаешься уничтожить то, что тебе не нравится.
Шевельнув раненым крылом, блондин поморщился от боли, а кровь вновь потекла из затянувшейся раны. Один из проводков потянулся к ней, и Страж будущего удивился: хоть Харон и был хладнокровной сволочью, внутри он вполне теплый, а кровь густая такая, липкая. Проводки тоже ослабили хватку, воспользовавшись этим, пленник обнял Си-Тиана, притянув его голову к своей груди, поглаживая непослушные прядки и расчесывая длинный хвост. Его шепот стал быстрее, появились истеричные нотки.
- А когда-то мы были братьями, ты помнишь это? Когда не было людей, не было материков и океанов. Не было самой Земли и времени, не было Врат. Мы лежали рядом, держась за руки, и были одним целым. Нам было тепло и уютно вдвоем, и время пролетало незаметно, и не было разделения на прошлое и будущее, потому что не было настоящего. А потом произошел тот взрыв, изменивший все. Родилась планета Земля, мы видели это и чувствовали, как нас разделяет, тащит в разные стороны. Разлучает навеки. Врата отделили настоящее, построив между нами непреодолимую стену. Тогда настоящее было крошечным. Буквально в несколько часов, Врата находились очень близко, и мы могли слышать друг друга, хоть и не были больше единым целым. Мы были детьми. И я в бешенстве стучал кулаком по Вратам, слыша, как ты плачешь в будущем. Я так хотел вернуть все обратно, вновь соединиться с тобой, но ты вскоре ушел исследовать свой мир и забыл обо мне, как потом стали забывать и люди. Я часто подходил к Вратам, что бы услышать тебя, узнать, что ты жив, но настоящее росло и вскоре я уже не мог слышать тебя. Все эти тысячелетия я копил внутри себя гнев и ненависть и наконец решил: я хочу быть со своим братом, ради этого я сделаю все. И я сделал… Я открыл Врата Фобоса и Деймоса. Если настоящее будет мешать мне. Я уничтожу его без раздумий. Давай же вновь станем одним целым, братик…
Си-Тиан тихо вздохнул. Он отлично понимал все, что говорил Харон, только брат не учел одного: они слишком похожи, поэтому его собственнические чувства присутствуют и в Страже будущего. Он согласен воссоединиться, но только на своих условиях.
Невесомые проводки, покрытые нервными окончаниями, неторопливо скользили по телу Харона, лаская нежную кожу, касаясь белокурых волос и приоткрытых губ. Руки Си-Тиана мягко поглаживали бледную шею, на которой виднелись синяки от его же пальцев, а губы, опускаясь все ниже, целовали красивую грудь, попеременно обводя языком напрягшиеся соски. Страж прошлого, закрыв глаза, тихо вздыхал, когда умелые искусственные «помощники» его брата задевали особо чувствительные точки, на его щеках появился трогательный румянец, а руки сами собой протянулись к кофте Си-Тиана. Но проводки тут же туго обмотали его запястья, фиксируя их над его головой. Харон усмехнулся и послушно выгнулся навстречу, будто предлагая себя, и красноволосого Стража это завело. Брат сам отдавал себя в его власть. Подчинялся ему, признавая этим его главенство и силу, да и выглядел при этом как невинная шлюха, поразительное сочетание, столь возбуждающе действующее на технического Хранителя. По природе своей лишенный способности чувствовать из-за многочисленных механизмов, сросшихся с его телом, он начинал завидовать блондину, в противовес ему, был слишком чувствительным и сейчас вздрагивал даже от случайных прикосновений, тяжело дыша и по-прежнему не открывая глаз. Си-Тиан навис над ним, приподняв пальцами лицо, и внимательно всмотрелся в него. Такой беззащитный и уязвимый, ну как тут удержаться и не проявить врожденную жестокость? Тонкие пальцы быстро пробежали по щекам и подбородку, нежно коснулись бьющейся жилки на шее, а острые когти резко вонзились в оголенное плечо, заставив Харона выгнуться сильнее, вскрикнуть от боли и наслаждения и открыть глаза.
Си-Тиан тут же посмотрел в них и оторопел: насмешливые. Горделивые, немного снисходительные и донельзя ехидные, они светились отблесками свечей и напоминали волчьи глаза с вечной печатью принадлежности к прошлому. Но самое неприятное: красноволосый парень понял, что стал просто частью плана брата, что все идет так, как тот задумал изначально, а все это подчинение, покорность – только искусный обман, игра, что бы Си-Тиан принял его предложение. Нет, конечно, блондину нравились ласки, но эта мерзкая тварь предвидела их и была готова. Си-Тиан оказался в роли обманутого наивного идиота, и все это только для удовлетворения своего эгоизма!
Пальцы, только что нежно поглаживающие оставленные ими же следы на коже, вновь сомкнулись на шее Стража прошлого, но на этот раз отпускать не собирались. Харон встрепенулся, изумленно глядя на брата, и резко дернулся, но проводки, вторя желанию хозяина, тоже сильнее сжались на запястьях, разрывая тонкую кожу и постепенно окрашиваясь в ярко-красный цвет. Кожаные крылья испуганно затрепетали, но тут же оказались прибиты к полу несколькими длинными дротиками. Блондин хрипло закричал от боли, но мигом закашлялся, почувствовав недостаток кислорода. Навалившись на брата всем телом и практически не обращая внимания на его отчаянное сопротивление, Хранитель будущего все сильнее давил на шею, словно обычный пресс. Он слышал, как нога Харона истерично дергаются, стуча по полу, как его руки, не обращая внимания на порезы, пытаются вырваться, слышал отчаянный хрип, чувствовал. Как проводки все глубже впиваются в скользкие от крови ткани, как его пальцы медленно утопают в судорожно сжимающихся мышцах, ощущал, как брат бьется в заранее обреченных попытках вырваться, а из его потемневших из-за расширившихся зрачков глаз невольно текут слезы. Наклонившись ближе, Си-Тиан услышал бешенный стук сердца, до последнего старающееся выжить, а, отведя взгляд в сторону, увидел, как слегка приподнимаются его крылья, красиво расчерченные темнеющими струйками крови.
Харон с трудом смог сфокусировать взгляд на брате: сейчас он был истинным Хранителем будущего. Будто хладнокровный робот, он возвышался над слабеющим телом, на красных растрепанных волосах прыгают жетло-оранжевые блики, округлившиеся глаза гипнотизируют крошечными вращающимися механизмами, огромные крылья величественно расправлены, а проводки, ставшие частично красными, извиваются за его спиной, переплетаясь с крепкими перьями. Но во всей этой картине нет ничего необычного. Казалось, что Си-Тиан и не бывает другим, что когда-то давно не он потеряно плакал в туманном будущем, а еще минуту назад не он целовал его так, как делает сейчас.
Красноволосый Страж яростно целовал приоткрытые губы Харона, вцепляясь в них зубами и тут же поглаживая языком, что бы слизать кровь. Он не стал закрывать глаза, и блондин неожиданно для себя увидел в них маленького потерянного мальчика, заточенного среди огромных шестеренок. Он в последний раз улыбнулся ему и выдохнул в рот Си-Тиану, с последними поцелуями отдавая ему и душу. Бледное тело дернулось и обмякло, а золотистые глаза закрылись.
Си-Тиан подождал пару минут и плавно поднялся, оглядывая мертвого Стража. Вот гад, даже глаза сам закрыл, не доверил ему, придурок независимый. Парень усмехнулся одними губами, сложил крылья и втянул внутрь себя проводки. Почему-то хотелось вернуться в будущее, сесть возле Врат и заплакать, как в детстве. Только вот стучать из мира прошлого будет некому…

@темы: C-Tian, Charon